Исчезновение Слоан Салливан  - Джиа Криббс

– Отлично, – отозвалась я. – Мне нравится твой новый топик.

Ливи улыбнулась.

– Спасибо. Мне тоже нравится тот, который ты купила. Он напоминает о временах, когда ты носила не только хлопок и деним.

Мой взгляд упал на топ, лежавший рядом с моим рюкзаком. Он был бледно-лавандового цвета, с пайетками и тонкими лямками. Этот топ был единственной красивой вещью, которая появилась у меня после того платья, которое я надела на свидание с Дьюком. Платья, которое я сожгла на следующий день после отъезда.

– Да, еще бы знать, куда надеть его.

– Если хочешь, я спрошу у Оливера, нет ли у него одиноких друзей…

– Меня не интересуют случайные знакомства, Ливи. – Я быстро сменила тему. – Как ты собираешься обойти ночную проверку?

Ливи захлопала ресницами.

– Я надеялась, что ты мне поможешь.

«Так и думала, что она просто так предложила мне встретиться с друзьями Оливера».

– Мистер Пруитт скоро придет. Ты сможешь включить воду в душе и сказать, что я там? Я в долгу не останусь.

Я вздохнула. Последние три недели после извинения Сойера на пляже все шло как по маслу. Он влюбился в Кайли, я пару раз встретилась с Джейсоном и Оливером, но отклонила несколько приглашений ради того, чтобы провести время с Марком. И я почти определилась с университетом. Мне не хотелось все испортить, соврав учителю. Но неожиданно для себя я ответила:

– Да, конечно. Только не забудь ключ. Не хочу вставать из постели, чтобы открывать тебе дверь.

Ливи радостно захлопала в ладоши.

– Спасибо!

Она развернулась и направилась к выходу.

– Подожди, – остановила ее я. – Ты уверена? Я имею в виду твою идею пойти к Оливеру.

– Это же Оливер. Конечно, я уверена.

С этими словами Ливи ушла.

«Я так рада, что она не с Джейсоном, – подумала я. – Но если у нее не сложатся отношения с Оливером, то мне будет немного жаль его». Я встала из постели и включила душ.

Когда через пять минут в дверь постучал мистер Пруитт, из-под двери ванной вырывались клубы пара.

– Здравствуй, Слоан, – в руках у мистера Пруитт была папка с бумагами. – Ты ночуешь с Лив Доусон, верно?

– Да.

– Где она?

Я показала на закрытую дверь в ванную комнату.

– В душе.

«Чем меньше лживых слов, тем лучше».

Мистер Пруитт увидел пар и свет, бликующий под дверью ванной.

– Хорошо. Спокойной ночи, девочки. И не забудьте – завтрак в восемь часов. Мы встречаемся в холле.

– Мы придем, – пообещала я.

Я дождалась, пока мистер Пруитт постучит в дверь соседней комнаты, и закрыла кран в ванной. Выключив свет, я забралась в постель. В комнате горел лишь ночник на прикроватном столике – для Ливи. Но чем больше я переключала телеканалы в поисках интересного фильма, тем больше у меня щипало в глазах.

Я осмотрела полутемную комнату. Ливи ушла и скорее всего придет такой уставшей, что наутро мне придется вытаскивать ее из постели, чтобы не опоздать на завтрак. Мне лишь нужно встать пораньше и надеть контактные линзы, пока Ливи спит. Хороший сон стоил этого, поэтому я достала контейнер для линз из сумки. Без линз я сразу почувствовала себя гораздо лучше. Я закинула кусочек шоколадки в рот и включила какой-то боевик. Через несколько минут я уже спала.

Папа потрепал меня по голове.

– Я рад, что мы проведем этот день вместе, малыш.

Я шла за ним, задыхаясь от быстрой ходьбы. Недавно прошел дождь, и воздух все еще был душным и спертым.

– Да, но когда уже мы займемся чем-то веселым?

– Веселым? Разве тебе было скучно смотреть, как меня стригли в парикмахерской?

– Ну да. Веселье – это бургеры, молочные коктейли и мини-гольф. Ты мне обещал. Я поспорила с Джейсом, что попаду в лунку с первого раза!

Папа рассмеялся.

– Надеюсь, он не согласился на этот спор. Ты – королева по забиванию мяча в лунку с первого раза.

Я улыбнулась.

– Обыграешь меня в мини-гольфе после того, как мы отправим это. – Папа покачал пухлым конвертом в руке.

Я закатила глаза. Когда он вошел ко мне в комнату сегодня утром и сказал: «Мама на работе. Хочешь, проведем день весело?», я не думала, что наше «веселье» начнется с кучи скучных заданий.

Мы завернули за угол склада. Я шла, не отрывая пальцев от кирпичной стены, которая местами потемнела от дождя. Затем папа отдернул мою руку. Он молча остановился перед мной, и я выглянула из-за его спины, не понимая, что случилось.

Спиной к нам стояли двое мужчин. У того, что повыше, из-под голубой бейсбольной кепки торчали короткие каштановые волосы. Он опустил глаза и сказал что-то неразборчивое. В этот момент я заметила пожилого мужчину, лежавшего у него в ногах. Его светлые кудрявые волосы спутались от крови, лицо заплыло и посинело. Я никогда не видела, чтобы кого-то так сильно избили.

Пожилой мужчина с трудом шевелил губами, пытаясь что-то сказать.

– Заткнись! – рявкнул второй мужчина. Он одернул свою ярко-оранжевую рубашку-поло, вынул пистолет из-под ремня и направил дуло на пожилого мужчину.

Я ойкнула. Сердце застучало в груди так, что я боялась, что оно взорвется. Папа толкнул меня за груду деревянных ящиков, стоявших у стены склада. Мы оба припали к земле.

– Ш-ш-ш.

В таком тесном пространстве шепот казался криком. Я сидела на корточках, колени царапало что-то жесткое. Я закрыла нос и рот руками, потому что мое дыхание было слишком громким и быстрым. Нужно было вести себя тихо.

Папа закрыл меня своей широкой спиной в его любимой черной футболке с концерта Брюса Спрингстина. Что-то острое уперлось мне в спину. Я знала, что папа пытался защитить меня, заслонить от того, что происходило на наших глазах, но я не могла успокоиться. Мне нужно было видеть, что происходит, но вокруг было темно. Я попыталась встать, хотя это было почти невозможно. Папа прижался ко мне и больно сжал мою руку. Я больше не могла пошевелиться. Поэтому я вытянула шею и начала всматриваться сквозь щели в досках.

Рубашка-Поло все еще держал мужчину под прицелом, но теперь его рука подрагивала.

– Пожалуйста! – закричал мужчина, лежавший на земле. Странно, но у него был писклявый голос. Он попытался привстать, и на его лице возникло безумное выражение, почти улыбка. – Пожалуйста, не делайте этого!

Рубашка-Поло опустил пистолет и ссутулился. Затем все слилось в одно пятно.

Бах! Бах, бах!